Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Прославление души

№8 (178), ноябрь 2018

13 октября в Концертном зале им. П.И. Чайковского состоялась мировая премьера мессы Эдуарда Артемьева «Девять шагов к Преображению» для хора, солистов, оркестра и органа (посвящается Владимиру Минину). Это сочинение представляло собой оригинальное, новое прочтение современным композитором жанра католической музыки. Мессу исполнили Московский государственный академический камерный хор, Российский государственный симфонический оркестр кинематографии, Государственная академическая хоровая капелла России имени               А.А. Юрлова, Детский хор «Весна» имени А. С. Пономарева, а также приглашенные солисты. Дирижировал Сергей Скрипка.

Концерт открылся неким вступлением – исполнением Трех старинных танцев из сюиты «Галантные сцены» Э.А. Артемьева (из музыки к пьесе Михаила Булгакова «Кабала святош»). Это удачно подготовило премьеру: такое решение в некотором роде напоминало диспозицию баховских циклов, где небольшая прелюдия предваряет большую яркую фугу.

Публика услышала не просто старинные пьесы, которые обычно погружают в мир далекого прошлого. Танцы, безусловно, несли в себе колорит эпохи барокко, однако их звучание было очень стильным, современным и свежим – как будто старинную вазу отполировали, и она снова сияет и блестит. Однако внимание сидящих было приковано к другому – к главному сочинению.

Десять частей грандиозного опуса Артемьева – десять образов, непохожих друг на друга. Можно условно разделить все части на два полюса: с одной стороны – сила, напор, активность, с другой – спокойствие, медитативность, отрешенность от мирских страстей. Одновременно, несмотря на такое разнообразие, «Девять шагов» ощущались  как единое звуковое полотно.

Своей мощью и энергией отличились части Dies irae и Tuba mirum, которые воспринимались как две крайности духовной сущности человека. Здесь нельзя не отметить большое мастерство Государственной академической хоровой капеллы имени А.А. Юрлова.

В частях Lacrimosa и Lux Aeterna ярко себя проявили солисты – Вероника Джиоева (сопрано) и Андрей Лефлер (тенор). Великолепная солистка Большого театра покорила слушателей выразительным тембром, чувствительным с самых первых нот, однако в кульминационных моментах Lacrimosa хор порой перекрывал исполнительницу.

Образ волшебства, космоса возник в части Lux Aeterna. Удивительно гармонично слились нежное звучание электрогитары (Максим Леонов), органа (Марианна Высоцкая) и голоса Андрея Лефлера с эстрадной манерой пения. Мне сразу вспомнились кадры из фильмов Андрея Тарковского, друга, с которым Эдуард Артемьев долгое время сотрудничал.

Грандиозным апофеозом вечера стала часть Sanctus-Benedictus. Все участники действа, включая детский хор «Весна» имени А.С. Пономарева, сплелись в единую «Оду радости». Это было прославление Бога как творца Вселенной и души человека как высшей формы бытия.

В этот день в зале собрались не только люди старшего и зрелого поколения, многие из которых выросли на фильмах с музыкой Эдуарда Артемьева, но и большое количество молодежи, с интересом наблюдавшей за происходящим. По окончании концерта публика долго не отпускала композитора со сцены. А маэстро, в свою очередь, пообещал: «На такой огромный прилив сил, который вы мне дали, я готов поработать еще и дальше».

 Маргарита Говердовская,

II курс ИТФ

Музицируя вместе

Авторы :

№8 (178), ноябрь 2018

В концертном зале «Зарядье» 1 и 2 ноября выступил всемирно известный музыкант Бобби Макферрин. Визитной карточкой певца является особый стиль исполнения, основанный на акапельной импровизации и использовании уникальных возможностей голоса. Человек-оркестр Бобби Макферрин с его четырехоктавным диапазоном и специфическим, узнаваемым тембром способен имитировать любые инструменты, голоса и звуки – отдельно взятые и в одновременности. Но имитация для него не становится самоцелью, она лишь инструмент, с помощью которого Макферрин вовлекает слушателя в свой мир непринужденной игры, радости и удовольствия от происходящего.

В репертуар музыканта входят не только импровизации, но и исполнение классической инструментальной музыки с использованием одного лишь голоса. Интерес к классическому наследию проявляется и в другом виде деятельности Макферрина – дирижировании. Так, в 1995 году вышел его диск с противопоставленным импровизационному музицированию названием «Paper music», состоящий из записей классических произведений, исполненных под руководством Бобби Макферрина-дирижера.

Однако на концерте в «Зарядье» идея импровизации была ведущей. В этот раз Макферрин выступал не один, а в своем коллективе, ансамбле певцов-импровизаторов «Gimme 5» (Дэвид Ворм, Джо Блейк, Рианнон, Джуди Винар, Бобби Макферрин). Название программы «Сircle Songs» («Круговые песни») повторило наименование и суть альбома, вышедшего в 1997 году. Именно в нем Макферрин впервые продемонстрировал практику так называемого «кругового» импровизационного пения: оно предполагает наличие нескольких певцов, которые импровизируют то вместе, то по отдельности. При этом каждый участник может в любой момент присоединиться к процессу музицирования другого. Таким образом, создается подобие круга, замкнутого в себе пространства, в котором импровизация передается от исполнителя к исполнителю, и только от их изобретательности и внимания друг к другу будет зависеть ее успех.

Кроме того, практика «кругового пения» в прямом смысле подразумевает расположение участников по кругу. Это невозможно осуществить в условиях концерта, так как сценическое пространство и акустические нюансы не дают возможности участникам ансамбля встроиться в фигуру круга. Однако суть «кругового пения» на этом концерте была сохранена. Импровизация захватывала самые разные стили, жанры и инструменты. Харизматичные «Gimme 5» одними лишь голосами исполнили и соло на ударной установке, и пение муллы, и диалог без слов, при этом весьма понятный по своему содержанию, и многое другое.

В импровизационную игру «Gimme 5» вовлекли еще одного, пожалуй, главного импровизатора – зрительный зал, разделив его на несколько голосов и задавая необходимые мелодии каждому. Несмелые ансамбли из разных частей зала постепенно раскрепощались и превращались в целые хоры. Становясь участником такого хора, каждый слушатель начинал испытывать удивление и радость от того, что незаметно для себя оказывался созидателем всего действия, вовлекался в круг и был его полноправным участником. «Я всегда мечтал уничтожить барьеры между исполнителем и публикой, – говорит Бобби Макферрин. – Мы все, незнакомые друг для друга, становимся на концерте членами одного музыкального сообщества».

Конечно, покупая билет на концерт Бобби Макферрина, аудитория хочет услышать его главный хит «Don’t worry, be happy». Он не был исполнен: то ли из-за несовпадения с концепцией программы, то ли в силу своей  доведенной до банальности популярности. В заключении концерта Бобби приглашал смельчаков из зала к совместной импровизации и музицировал вместе с ними, распевая приветственные фразы (например, «I’m glad to see you») и вступая в импровизацию-диалог. Пение затихло только в тот момент, когда музыканты покинули зрительный зал.

Мария Невидимова,

III курс ИТФ

 

Живая речь и дыхание

Авторы :

№7 (177), октябрь 2018

26 сентября в Концертном зале им. Н.Я. Мясковского состоялся концерт в рамках фестиваля «Творческая молодежь Московской консерватории», посвященный творчеству молодых композиторов Кузьмы Бодрова и Татьяны Шатковской-Айзенберг. Прозвучало множество прекрасных произведений, а кроме того, зрители получили возможность послушать игру замечательных российских исполнителей – в основном молодых, как и авторы музыки.

Концерт состоял из двух отделений. В первом прозвучали три камерных сочинения доцента К.А. Бодрова: Сонатина для виолончели и фортепиано, «Очарованный» для альта и фортепиано, «Рейнская соната» для скрипки и фортепиано. Сам автор исполнил фортепианную партию, а вместе с ним на сцену вышли Василий Степанов (виолончель), Дарья Филиппенко (альт), Никита Борисоглебский (скрипка). Музыка Бодрова – всякий раз живая речь. Струнные инструменты, предназначенные для ее выражения, получают возможность высказаться доходчиво.

Это можно было услышать в трехчастной Сонатине, где лаконичные фразы фортепиано перемежались с паузами, звучащими затаенно и угрожающе. На фоне очень красивой, но сумрачной фортепианной фактуры (которая формируется именно из начальных фраз) запела свою мелодию виолончель. Этот инструмент в Сонатине – герой, противопоставленный окружающему миру: страстный борец, его речь выразительна и независима. Драматизм первой части сменяется задушевной беседой во второй, где в условиях тонкой прозрачной фактуры виолончель свободно парит в высоком регистре. Третья часть – импульсивный марш-скерцо. В этой пьесе невозможно не отметить прекрасную игру В. Степанова, который точно, по-актерски, прочувствовал свою партию.

«Очарованный» для альта и ф-но – пример того, как можно выстроить произведение из простого тематического зерна. Несложная фраза-попевка проводится у солиста в самом начале и подвергается разнообразному варьированию. Каждый новый мотив органично вытекает из предыдущего и обновляет его. В «Рейнской сонате» виртуозные приемы в партии скрипки (тремоло, глиссандо) складываются в неординарную общую картину, полную жизни, движения.

Второе отделение концерта включало в себя произведения Татьяны Шатковской-Айзенберг. Большое впечатление произвел ее фортепианный квинтет «Aurora Borealis» («Северное сияние»), исполненный солистами ансамбля «Студия новой музыки» (Мона Хаба, Станислав Малышев, Екатерина Фомицкая, Екатерина Маркова, Ольга Галочкина). Произведение начинается с… дыхания! Вдохи и выдохи музыкантов были отчетливо слышны. И на их фоне, как одинокие звездочки во тьме, «зажглись» отдельные ноты фортепиано в верхнем регистре. Один за другим подключились струнные инструменты, исполняющие нежно мерцающие ноты, и вот фактура уже интенсивно пульсирует, динамика достигает фортиссимо. Будто мы издалека увидели северное сияние, а затем, приблизившись, были поражены его яркостью.

Концерт с участием молодых композиторов стал немаловажным событием современной российской музыки. Ее богатство и многовековой опыт обусловили появление ярких личностей, каждая из которых идет по своему избранному пути.

Степан Игнатьев,

IV курс ФФ

Звезды зажглись вновь

Авторы :

№7 (177), октябрь 2018

7 сентября на сцене Большого зала выступили выпускники 149 выпуска – теперь ассистенты-стажеры Московской консерватории. Концерт «Молодые звезды Московской консерватории» проходил уже во второй раз (о первом «Трибуна» писала в №1, 2018) и, по словам организаторов, еще не раз повторится в текущем сезоне.

Репертуар концерта – довольно разнообразный. Конечно, были всеми любимые и «обжившие» сцену произведения – например, открывающее вечер Первое скерцо Шопена, исполненное Олегом Худяковым. Своей игрой Олег задал высокую планку для всех следующих исполнителей, которые, в свою очередь, не опускали ее до самого конца.

Следующий яркий номер – знаменитая «Цыганка» Равеля, классика скрипичного репертуара. Ее представили Деннис Гасанов и Олег Худяков, впервые игравшие вместе в ансамбле в рамках данного концертного цикла. Наверное, именно здесь можно употребить фразу «его величество случай», ведь кто знает, мог бы еще когда-нибудь состояться такой замечательный дуэт?

Речитатив и гавот Манон из одноименной оперы Массне озвучил супружеский дуэт – Елизавета Бородина (сопрано) и Николай Овчинников (фортепиано). Были и пьесы, в меньшей степени знакомые публике – к примеру, Вариации на тему «Sacher» Лютославского в исполнении виолончелистки Екатерины Христовой. Судя по программе, можно сказать, что «Молодым звездам» особенно по душе пришелся Пуленк. Два многочастных сочинения французского композитора – сюиту «Неаполь» и Сонату для гобоя и фортепиано – продемонстрировали публике Екатерина Реннер, Владислав Врублевский и его концертмейстер Александра Полякова. Не обошлось и без премьеры: в программе концерта оказалось сочинение фонда «Новые классики» – Прелюдия №3 соч. 2 Ю. Богданова, сыгранная Андреем Шичко вдобавок к Экспромту Шуберта.

Приятно отметить, что двое из исполнителей в прошедшем учебном сезоне были удостоены звания «Выпускник года»: Валерия Бушуева и Константин Емельянов. Премия ежегодно вручается ассоциацией «Alma mater» проявившим себя за годы обучения студентам. Валерия спела речитатив и арию Донны Анны из оперы «Дон Жуан», а также романс Рахманинова «Здесь хорошо» (концертмейстер – Карина Погосбекова). Константин, в программе которого был знаменитый этюд Листа «La Campanella» и виртуозные этюды Шопена и Рахманинова, завершил первое отделение концерта.

К «титулованным» выпускникам присоединился Василий Степанов, который был награжден за значительный вклад в развитие студенческого самоуправления благодарственным письмом за подписью ректора. Василий эффектно закончил концерт, поразив слушателей Скерцо-тарантеллой Венявского для скрипки в переложении для виолончели и фортепиано.

Каждый успешный концерт успешен потому, что за него отвечает команда профессионалов. Однако тот, кто руководит организацией этой команды как режиссер, часто остается в тени. Этим самым «режиссером» и очаровательной ведущей вечера стала студентка IV курса консерватории, председатель студенческого комитета Марта Глазкова. Хочется пожелать Марте и всем участникам концерта дальнейшего творческого сотрудничества, которое с таким «звездным» составом просто обречено на успех!

Анастасия Ким,

II курс ИТФ

Фото Дениса Рылова

 

Эксперименты в «Зарядье»

Авторы :

№7 (177), октябрь 2018

Москве в день города был подарен концертный зал «Зарядье», который уютно расположился в парке с одноименным названием. С первых дней на новой сцене выступили известные музыканты, а в Малом зале провели свои лекции музыковеды. 29 сентября «Зарядье» посетил уникальный ансамбль «Камерата Концертгебау» («Camerata RCO»). Ее участниками являются молодые солисты Королевского оркестра Нидерландов (Royal Concertgebouw Orchestra). В программу концерта вошли Семь ранних песен для голоса А. Берга, 23-й фортепианный концерт В.А. Моцарта и 4-я симфония Г. Малера. Каждое сочинение было представлено в переложении, тем самым, приобрело новые тембры и смысловые оттенки.

Творческая концепция ансамбля заключается в исполнении не только камерно-инструментальных сочинений, но и музыки, предназначенной для больших составов. В интерпретации Камераты часто звучат симфонии Малера и фортепианные концерты Моцарта. Коллектив также выпускает компакт-диски с записями своих выступлений. Семь ранних песен для голоса с фортепиано Берга в исполнении Летиции Герардс (сопрано) и музыкантов Камераты предстало в переложении более красочно, не утратив при этом камерности.

Впрочем, замечательный голос певицы растворялся эхом по залу и не концентрировался в одной точке. Акустическое проектирование «Зарядья» осуществил известный японский акустик Ясухиса Тойота, которому также принадлежит звуковое решение концертного зала Мариинского театра (в 2020 году по его проекту будет возведен зал в сочинском «Сириусе»). Относительно качества акустики в «Зарядье» мнения среди слушателей и СМИ разделились. Однако учитывая масштаб и популярность проекта, и, следовательно, ответственность перед зрительскими ожиданиями, возникшие у аудитории противоречия – не очень хорошая оценка новой площадке.

Концерт для фортепиано с оркестром №23 Моцарта исполнил пианист Томас Бэйджер. Это было весьма поверхностно: в ансамбле то и дело звучали фальшивые ноты, периодически ощущалось ритмически неровное исполнение. Интересно, что небольшой состав музыкантов приблизил версию Камераты к аутентичному звучанию, которое изначально не предполагало большой оркестровой массы.

Известность «Камерате Концертгебау» принесли, в первую очередь, камерные исполнения симфоний Малера. Одна из интерпретаций прозвучала и на концерте в «Зарядье». Четвертая симфония Малера, с ее огромным спектром образов от лубочного фольклора до философского размышления, в прочтении Камераты оказалась очень интимной, расположив к себе. Симфония сама по себе носит камерный характер по сравнению с другими симфоническими произведениями композитора, но, прозвучав в еще более скромном инструментальном составе, словно сняла маску симфонической пафосности и тяжеловесности, не проиграв при этом ни в чем. Нужно отметить, что в данной интерпретации симфонии удивительно органично прозвучал аккордеон.

В музыкальном мире сегодня попытки экспериментов захватывают, в основном, сферу современной музыки, в то время как произведения прошлых эпох все чаще поддаются «консервированию» и стандартизации. «Камерата Концертгебау» – пример коллектива, который экспериментов не боится, открывая новые грани признанных сочинений.

Мария Невидимова,

III курс ИТФ

Короли сцены

№7 (177), октябрь 2018

30 сентября в Рахманиновском зале в рамках фестиваля «Творческая молодежь Московской консерватории» состоялся концерт «Образы Италии». Программа вечера состояла из сочинений итальянских композиторов разных эпох – Дж. Россини, Н. Рота, А.  Марчелло, О. Респиги. В мероприятии приняли участие: Павел Орлов (гобой), Дмитрий Иванов (труба), Анна Апетьян (скрипка), Герман Данилов (контрабас), Иван Соколов (фортепиано) Главным «героем» вечера стал Камерный оркестр под управлением дирижера и художественный руководителя Ивана Никифорчина.

Камерный оркестр был создан в марте 2017 года. В него вошли студенты и выпускники музыкальных учебных заведений – АМУ при МГК, РАМ им. Гнесиных, и, конечно же, Московской консерватории. Молодых талантливых исполнителей объединила идея популяризации классической музыки, а также творчества композиторов XX–XXI вв. Основатель коллектива – Иван Никифорчин – свою концертную деятельность  начинал еще в качестве солиста хора, в составе которого гастролировал в Самаре, Челябинске, Екатеринбурге, Германии, Польше. В 2015-м Иван поступил в МГК в класс профессора В.С. Полянского. В том же году начал выступать на концертах театра «Геликон-опера», на различных площадках в Санкт-Петербурга, Калининграда, Ялты, Севастополя и др.

…Рахманиновский зал, к моему удивлению, был переполнен настолько, что некоторые слушатели наслаждались музыкальными сочинениями стоя. Ведущий концерта поразил публику не только своей эрудицией, но и прекрасным владением итальянского языка, что придало музыкальному вечеру оттенок утонченности и изящества.

Концерт состоял из двух отделений, каждое из которых отличалось оригинальным решением. Первое включало в себя два сочинения – Сонату № 2 для струнного квартета Россини и «Концерт для пяти» (гобоя, трубы, скрипки, контрабаса, фортепиано и струнных) Респиги. Это произведение пришлось по душе слушателям, которые буквально после второй части закричали «Браво!». Исполнение пьесы Респиги поразило мастерством и индивидуальностью солистов – скрипачки Анны Апетьян и пианиста Ивана Соколова. Остальные наиболее полно раскрыли себя в туттийных фрагментах, особенно, Дмитрий Иванов и его звонкая труба.

Во втором отделении из трех прозвучавших произведений, внимание слушателей привлек «Концерт для струнного оркестра» Нино Рота. Музыкальное полотно знаменитого итальянца оказалось настоящим открытием для слушателей. Это была совсем не та музыка, которую все знают по кинофильмам «Крестный отец», «Репетиция оркестра», «Сладка жизнь»! Пьеса отличалась необычным сочетанием романтической гармонии и танцевальных ритмов. Здесь оркестр за счет энергии дирижера показал себя настоящим королем сцены. Финальная часть концерта прозвучала как апофеоз всему вечеру, достойно завершив не только его программу, но и весь фестиваль.

Маргарита Говердовская,

II курс ИТФ

Дарите людям радость!

Авторы :

№7 (177), октябрь 2018

27 сентября в Большом зале состоялся концерт XIV Международного осеннего хорового фестиваля имени профессора Б.Г. Тевлина: была представлена кантата-дивертисмент «Alegrias» (в переводе с испанского – «радости») классика испанской музыкальной культуры, композитора Антона Гарсия Абриля. Масштабное произведение поразило своей легкостью и оптимизмом и принесло слушателям радость. Во вступительном слове посол Испании в России Игнасио Ибаньес Рубио сказал, что премьера сочинения Антона Гарсия Абриля в Москве – выражение дружественных отношений России и Испании. А также – доказательство того, насколько близки культуры стран, расположенных далеко друг от друга.

Состав исполнителей кантаты, написанной для детского хора, меццо-сопрано, детского чтеца и оркестра, возник из сотрудничества российских и испанских музыкантов. В концерте участвовали детский хор «Весна» им. А.С. Пономарева (художественный руководитель – Надежда Аверина), детский хор «Аврора» ДШИ им. В.В. Крайнева (художественный руководитель – Анастасия Беляева) и симфонический оркестр оперного театра МГК. Дирижировал Борха Кинтас – главный дирижер Симфонического оркестра и хора Всемирного дня молодежи в Мадриде. Солировали также испанцы: Мария Хосе Монтиель (меццо-сопрано) и Уго Перес-Арауна Гарсиа-Абриль (детский чтец).

Кантата «Alegrias» пронизана светлым настроением. Фигура автора вызывает глубокое почтение – в этом произведении Антон Гарсия Абриль предстает человеком большой души и жизнерадостного мировоззрения. Простым и понятным языком он призывает и детей, и взрослых наслаждаться жизнью, быть в гармонии с окружающим миром.

Вступление к кантате с сигналами валторн, со сказочным звучанием деревянных духовых и колокольчиков создает ощущение бескрайнего простора. Абриль мастерски использует соло духовых инструментов, которые подобно солнечным лучам «просвечивают» фактуру. Из несложных интонаций складывается прекрасное целое. Героем произведения является ребенок, желающий познать жизнь во всем ее многообразии.

Первый номер выражает желание бесконечного счастья: «Настежь все двери – ветру на радость!». Традиционные «детские» жанры звучат в сочинении очень свежо, например, веселая полька «Летучая мышь на ветке». Нашлось место в кантате и страстному, не по-детски серьезному высказыванию (ария меццо-сопрано «Посади я в землю сердце»). Финал сочинения, «Пирожник», потрясающе трогательный: он будто благословляет нас свыше, призывая к доброте.

Кантата воспевает непосредственность, искренность, присущие детям – в ней нет мрачных страниц. Музыка кантаты зовет нас в волшебную сказку, которая становится реальностью, по сути, являясь ее аллегорией. Остается добавить, что прекрасное произведение блестяще исполнили замечательные российские и испанские музыканты, а в Большом зале царила атмосфера добра и теплоты.

Степан Игнатьев,

IV курс ФФ

 

Hommage Джону Кейджу

Авторы :

№5 (175), май 2018

14 апреля в Мемориальной квартире Святослава Рихтера состоялся очередной концерт из цикла «Годы странствий: Англия – Америка». Без концерта, посвященного музыке поистине культового композитора – Джона Кейджа – такой цикл был бы немыслим. Ведь кто, как не он, философ музыки, совершил переворот не только в композиторском методе. Изобретатель и отчаянный экспериментатор, Кейдж не просто расширил границы понимания, что является музыкой – он их стер.

Входя в уютный и домашний зал квартиры Рихтера, меньше всего ожидаешь услышать музыку Джона Кейджа, которая до сих пор вызывает острые дискуссии. Меньше всего ожидаешь увидеть на сцене… струнный бензобак. Странно: сам зал, казалось бы, не располагает к непривычным электронным звучаниям, препарациям, разнообразным шумам и элементам перформанса. Тем не менее, никакого отторжения не возникло – подобные музыкальные эксперименты органично вписались в пространство музея и образовали цельное художественное явление.

Композитор утверждал: «Музыкой можно назвать абсолютно все. «Немузыки» просто нет». Так, эту установку в полной мере можно было прочувствовать на монографическом концерте-посвящении. Диапазон звучаний в произведениях Кейджа простирался от нежного, классического вокала до омузыкаленного дыхания, шепота, хохота, от привычных звуков акустического рояля до самых необычных электронных. Вступительное слово музыковеда Надежды Игнатьевой и краткий, но информативный экскурс по программе концерта от непосредственного его участника Дмитрия Чеглакова подготовили слушателей к музыке, чьи звуковые вибрации физически ощущались.

Концерт открыли три коротких соло из сборника Songbook: № 17 для голоса с электроникой (Дмитрий Чеглаков), импровизационное соло № 52 «Ария №2» для голоса в исполнении Татьяны Михеевой и соло № 74 для голоса (Дмитрий Чеглаков). Вслед за голосовыми миниатюрами Татьяна Михеева и Полина Николаева продемонстрировали медитативные «Литании для кита». Диалог певиц, перемещающихся в зале, завораживал, словно вводил слушателей в некий транс. Завершило первое отделение исполненное Дмитрием Чеглаковым «Дыхание» с электроникой (Соло № 22 из Songbook), демонстрирующее четыре разных типа дыхания.

Вторая часть концерта представляла собой hommage Кейджу. Прекрасным образным ответом «Литаниям» стало изысканное, тонкое звучание электроакустической композиции «Колыбельная для двух роялей: реального и виртуального» Татьяны Михеевой в ее же исполнении. В неспешно развивающемся диалоге двух инструментов рождалась простая диатоническая мелодия. Неожиданный эффект возник в самом начале произведения: создавалось ощущение, что звук зарождался внутри тебя самого, и лишь впоследствии, появившись в воображении зрителя, переходил к музыканту.

Последний номер программы окончательно поразил тех, кто осмелился досидеть до конца этого необычного концерта. Совместная импровизация Дмитрия Чеглакова (электроника) и Святослава Пономарева (перкуссия) «Очень тихая музыка» напоминала скорее мистическое действо: в полной темноте, с периодическим аккомпанементом дым-машины, музыканты создавали абсолютно неведомые звучания, распознать среди которых электронные и акустические было почти невозможно. После концерта публика разделилась на два лагеря: кто-то уходил в некотором замешательстве, а, возможно, и с радостью, что все закончилось. Но подавляющее большинство с нескрываемым любопытством отправилось изучать весь огромный арсенал перкуссиониста. Музыкант играл не только на представленном в самом начале концерта самодельном струнном бензобаке, но и использовал в качестве ударных и шумовых инструментов самые немыслимые предметы (причем, не все из них получилось идентифицировать): кости, разнообразные молоточки, сантехнические трубы, проволока и многое другое.

Судя по всему, некоторые постоянные слушатели концертов в квартире Рихтера никак не ожидали услышать то, что прозвучало в этот день – многие уходили посередине концерта. Удивительно: Кейдж родился более ста лет назад, но его музыка до сих пор terra incognita, несмотря на давние и многократные попытки исполнителей познакомить русских меломанов с его пьесами. Творчество Кейджа можно любить или не любить (впрочем, последний вариант более распространен). Однако, после знакомства с его сочинениями собственное восприятие музыкального материала неизменно меняется, обнаруживая новые грани понимания такого неоднозначного явления, как музыка.

Кристина Агаронян, IV курс ИТФ

Счастливое возвращение

Авторы :

№5 (175), май 2018

27 апреля в Большом зале выдающийся пианист Фредерик Кемпф дал сольный концерт. Название вечера – «20 лет в России» – было выбрано неслучайно. Выступление перед русской публикой для Кемпфа стало особой традицией. Именно в России он приобрел известность, когда в 1998 году на    XI Международном конкурсе имени П.И. Чайковского ему присудили 3-ю премию. Уже тогда в своем интервью он с восторгом восклицал: «В России очень страстная, эмоциональная публика. Чувствуется, что люди понимают музыку. Это прелесть – играть здесь!»

Концерт открылся вступительным словом музыкального критика Артема Варгафтика, который яркой эмоциональной речью подчеркивал степень таланта пианиста. Перед исполнением каждого номера ведущий представлял компактную, но очень емкую и содержательную аннотацию.

Программа включала в себя этюды op. 10 Шопена, этюды-картины op. 39 Рахманинова, а также прелюдию, интермеццо и финал Николая Капустина. Выбор этого композитора – весьма оригинальная находка. Сквозь колоритную, «пряную» джазовую аккордику, импульсивно-огненную ритмику проскальзывали черты шопеновской, а временами и рахманиновской экспрессии. Безусловно, это создавало поразительную слитность в драматургии всего концерта. Особое впечатление произвела прелюдия Капустина, которая в интерпретации Кемпфа звучала подобно музыкальному «полотну», заполненному гаммой многоцветных ассоциаций.

В этюдах Шопена Кемпф продемонстрировал блестящую технику, умение тонко чувствовать художественную задачу пьесы. При этом трактовка образов некоторых этюдов у музыканта индивидуальна. Например, в этюде С-dur Кемпф удивительным образом сочетал торжественную «космическую» высокопарность и мягкую игру, богатую различными нюансами (филигранное выделение басов, снятие педали в некоторых моментах).

В этюде E-dur пианист избрал более подвижный темп, что слегка нарушало сдержанность благородной напевной темы и движущейся фактуры. Превосходно прозвучал также и «Революционный этюд» c-moll в особо трогательном воплощении трагического пафоса. В этюдах-картинах Кемпф с живописной рельефностью воплотил образы рахманиновских музыкальных «фресок». А в «Чайке» картину моря с жалобными птичьими криками пианист передал удивительно трепетными интонациями.

На бис Фридерик Кемпф исполнил вторую часть «Патетической» сонаты Бетховена в манере, близкой этюду E-dur Шопена. Философская созерцательность мгновенно сменялась легкой взволнованной кантиленой.

Несомненно, каждое выступление английского пианиста является знаковым событием в концертной жизни России. К сожалению, в этот раз публики было не так много. Трудно сказать, с чем это связано – возможно, с высокими ценами на билеты, возможно, с отсутствием громкой рекламы. Тем не менее, успех концерта был оглушительным. Говоря словами А. Варгафтика, остается лишь пожелать Кемпфу «многих счастливых возвращений в Россию».

Андрей Жданов, I курс ИТФ

Очень разная музыка

Авторы :

№5 (175), май 2018

Музыка, вышедшая в этом учебном году из-под пера молодых консерваторских композиторов, прозвучала 5 мая в зале им. Н.Я. Мясковского. Студенты II курса композиторского факультета представили любителям «чего-то нового» свои произведения. В прошлом сезоне они уже провели подобный концерт в Овальном зале Музея Рубинштейна, и тогда возникла прекрасная идея исполнять «новоиспеченную» музыку каждый год. Ребята показывали недавно написанные сочинения как самостоятельно, так и с помощью своих друзей-музыкантов.

Каждый молодой автор ищет свой стиль. Каждое сочинение требует индивидуального решения. Потому на концерте звучала очень разная музыка: иногда легкая и мелодичная, местами тревожная и настойчивая, где-то таинственная и магическая. В основном это были пьесы для фортепиано: Прелюдия на русскую тему Владимира Такинова, «Пьеса» Кристины Оганесян, «Фантазия» Романа Млодика, «Поэтические картинки» Виктора Корсакова. Виктор Зиновьев представил на концерте «Каденцию» для флейты соло.

Большое разнообразие в концерт внесло исполнение двух контрастных пьес для органа (Вера Петрова). Разными красками переливались обработки русских народных песен («По морю, морю синему» в обработке Петра Дятлова для виолончели и фортепиано), были продемонстрированы необычные тембровые сочетания (в «Плутониаде» для балалайки и тенора Елизаветы Згирской на слова А. Зайцева). Очень энергично прозвучало Flamenco Ынхе Им для ансамбля ударных инструментов и Квинтет для медных духовых Павла Микаеляна.

Некоторые композиторы комментировали свои сочинения. Так, Анастасия Рыкалова рассказала о своих Вариациях для виолончели и фортепиано: «Тему я писала долго, а начиная со второй вариации стало так легко, что, казалось, я не успеваю записывать. Музыка сама привела меня к неожиданному финалу в Fis-dur».

Квинтет для медных духовых инструментов П. Микаеляна находится еще в стадии завершения. По словам самого композитора, выбор инструментального состава объясняется просто – желанием «набить руку» под руководством профессора Ю.С. Каспарова в сочинении для всех групп инструментов (две трубы, валторна, тромбон и туба). Первая часть квинтета была написана осенью прошлого года, вторая в январе нынешнего, а буквально накануне концерта родилась идея третьей части.

Надеюсь, что музыкальные встречи с молодыми авторами, которые способны заинтересовать и порадовать публику своим творчеством, продолжатся и в следующем году.

Антонина Чукаева, II курс, муз. журналистика