Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Казаки-некрасовцы

№ 7 (78), октябрь 2007

Дорога в Ставропольский край неблизкая. На поезде «Москва – Владикавказ» мы ехали тридцать восемь часов. Несмотря на давность военных событий, близость к Чечне вызывала неясную тревогу. Руководитель экспедиции Н. Г. Денисов через каждый час пути по Ставропольскому краю утверждал, что именно по этой дороге боевики шли на Буденновск.

А мы ехали к казакам-некрасовцам. В среде фольклористов, в отличие от музыковедов, они очень популярны. Их неоднократно приглашали выступать в Москву, а также за границу, – в США, Германию, Польшу, Эстонию. Это же обстоятельство сыграло с казаками злую шутку, – теперь они наотрез отказываются куда-либо выезжать бесплатно. Кстати, их выдающийся певец Семен Иванович Милушкин выдал дочь замуж не куда-нибудь, а в Германию.

Казаки-некрасовцы придерживаются старой веры. В Левокумском районе, где они проживают, насчитывается несколько старообрядческих приходов. В храме, как и полагается у староверов, существуют мужская и женская «половины» (мужчины стоят ближе к алтарю, женщины – дальше). В отличие от провинциальных приходов господствующей церкви, мужчин в храме очень много. Из них, соответственно, состоит и хор.

Традиционно пение в старообрядческом храме одноголосно. Как может показаться на первый взгляд, певчие поют по крюковой книге. Однако, все напевы они знают наизусть, а по книге только вспоминают текст: крюковую нотацию никто из ныне живущих некрасовцев читать уже не умеет.

У казаков-некрасовцев еще сохранилось старое представление об ангелогласии. Оно вовсе не соответствует тому, что мы подразумеваем под благостным пением. Это пение обладает самобытным тембром, – на наш слух достаточно жестким. Мелизмы в некрасовских напевах говорят о восточном происхождении этой традиции. Действительно, многие из старших казаков успели поучиться в греческой школе в Турции, откуда они вернулись в начале 1960-х годов.

Размеренность и неторопливость свойственна как богослужению, так и всей жизни некрасовцев. На протяжении службы необходимо совершить несколько десятков земных поклонов. Помимо «ритуальной» функции, это играет роль физической разминки, и тело, несмотря на продолжительность богослужения, не затекает. Несмотря на аскетизм быта, казаки хозяйственны и очень гостеприимны. Гостям даже в пост всегда предлагают мясные кушанья. В каждом доме солидное хозяйство: утки, куры, свиньи, большой виноградник, огромный огород. Гостям обязательно предложат домашнего сухого вина, по качеству ничем не хуже заводского. Между прочим, мужское население казаков, практически, не употребляет спиртного.

Внешне благополучная картина жизни имеет и обратную сторону. Жители соседнего Дагестана приезжают и скупают брошенные местными русскими жителями дома. При этом многодетных семей у дагестанцев значительно больше. Что же касается детей самих старообрядцев, то они все переселяются в города, очень редко навещают родные деревни и не горят желанием продолжать традицию. Таким образом, самобытная культура находится ныне на грани вымирания. Нам, в данном случае, остается только это констатировать, поскольку мы с нашим современным сознанием уже вряд ли сможем органично войти в этот мир.

Иван Старостин,
студент
IV курса

Оставить комментарий