Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Главное – загораться музыкой

№ 6 (113), сентябрь 2011

Интервью с обладателем золотой медали и Гран-при конкурса
Даниилом Трифоновым

Даниил, расскажите, пожалуйста, как фортепиано вошло в Вашу жизнь. Это случилось по Вашей инициативе или по побуждению родителей?

— Вы знаете, лет до пяти я не проявлял к этому инструменту вообще никакого интереса, хотя у нас музыкальная семья: мой отец композитор, мама музыковед. Но однажды отец принес в дом синтезатор, и тогда я увлекся не на шутку: у него столько разнообразных тембров! Получилось, что я пришел к фортепиано через синтезатор…

А Вы не играли еще на каких-либо инструментах, кроме синтезатора и фортепиано?

— Нет, не пробовал, да и не вижу в этом необходимости. Но я хотел бы научиться дирижировать.

— Как рано Вы начали выступать на сцене?

— С самого детства, точно не помню когда. Помню, мне было семь лет, когда я сыграл с оркестром 17-й концерт Моцарта…

— Насколько я знаю, Москва – Ваш неродной город. А с каким городом связаны Ваши детские воспоминания?

— Я родился в Нижнем Новгороде и жил там до девятилетнего возраста. Далее я учился в Москве, в школе при Гнесинской академии, а теперь учусь в Кливленде, в США. У нас там замечательный оркестр, отличная стипендия, а наиболее успешным студентам-пианистам выдают на дом рояли марки «Stainway»…

— Вы впервые принимаете участие в конкурсе имени Чайковского?

— Да. Мне сейчас 20 лет, и я считаю, что раньше двадцати участвовать не стоит. Я выделяю три таких масштабных, серьезных и очень ответственных конкурса: имени Шопена, Рубинштейна и Чайковского.

— Какие у Вас впечатления от игры Ваших конкурентов, Вам кто-нибудь запомнился?

— Нет, я толком никого не слышал – должен был сосредоточиться на своем выступлении. Но я немного находился в зале, чтобы послушать акустику. Она в разных местах зала отличается.

— Скажите, пожалуйста, какие произведения занимают основное место в Вашем репертуаре? Каких композиторов Вы предпочитаете?

— Ну, вообще-то самое любимое мое произведение – это «Поэма экстаза» Скрябина, хотя она и не фортепианная. Меня впечатляет мастерская работа композитора с оркестровыми тембрами. Я очень люблю Скрябина, Шумана, Шопена – они все очень близки мне. Еще я люблю Бетховена и хотел бы чаще играть его произведения, особенно сонаты. Я хочу, чтобы Бетховен стал мне так же близок, как Шуман и Шопен… В целом, основное место в моем репертуаре занимают романтики, но было бы хорошо еще побольше играть классиков.

— А как Вы относитесь к современной музыке?

— Хорошо отношусь. Я могу выделить несколько прекрасных современных композиторов: Щедрин, Канчели, Пендерецкий.

— Как Вы полагаете, что является главным для пианиста?

— Главное – загораться музыкой и заставить загореться других. Это касается и выступлений на конкурсе. Не должно быть никаких зажимов, никакого напряжения! К конкурсу надо относиться как к концерту, а жюри воспринимать как часть публики.

— А как Вам удалось добиться такого чудесного звукоизвлечения? Это у Вас природное качество или Вы специально работали над ним?

— Это появилось благодаря моим педагогам. Они очень много работали над моим туше и особое внимание уделяли звукоизвлечению на piano.

— У Вас, наверное, есть какие-либо увлечения помимо музыки?

— Я люблю спорт, люблю хорошие фильмы. Очень люблю гулять – в период гастролей и не только. Мне нравится заблудиться где-нибудь и идти потом пешком километров тридцать… Вообще мне трудно долго находиться на одном месте, я склонен к частым переменам обстановки.

— Какие у Вас планы на будущее?

— Для начала мне хотелось бы немного отдохнуть. Я за последнее время практически подряд участвовал в конкурсах Шопена, Рубинштейна и Чайковского, через пару недель у меня концерты в Израиле и с сентября снова будет череда концертов.

— Большое спасибо за интервью! Поздравляю Вас от всей души и желаю дальнейших творческих успехов!

Беседовала Ирина Шашкова-Петерсон,
студентка IV курса ИТФ

Оставить комментарий