Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Мыслим — следовательно, существуем

№ 9 (116), декабрь 2011

В очередной раз собравшись посетить концерт кафедры сочинения, я с интересом и трепетом отправилась 6 ноября в Рахманиновский зал. Мероприятие длилось около трех часов и предполагало участие большого количества музыкантов, в числе которых было 13 композиторов. Каждое из прозвучавших сочинений по-своему, но завладело вниманием слушателей. А «изюминка» некоторых композиций была настолько «вкусна», что зал кричал «браво!». Что-то из услышанного натолкнуло на размышления, что-то озадачило… После концерта мне удалось пообщаться с некоторыми авторами новой музыки.

Денис Писаревский (I курс, класс проф. Т. А. Чудовой), чье Трио для скрипки, виолончели и фортепиано под названием «Игра в ассоциации» завершило первое отделение, охотно дал комментарии к своему сочинению. В первую очередь меня взволновал вопрос музыкальной формы, которая, по словам композитора, оказалась «ассоциативно реминисценционной». В ее основу легли три темы, и после каждого самостоятельного раздела можно было бы великолепно кадансировать. Многое призывало к завершению – и неоднократное повторение аккордового комплекса после трехголосной фуги, и в буквальном смысле «прохлопанные-протопанные» исполнителями ритмические фигуры. Однако ожидание окончания постоянно прерывалось внедрением чего-то нового.

Концептуальное «Преодоление времени» для малого барабана соло Василия Бычкова (II курс, класс проф. Т. А. Чудовой) прозвучало в исполнении Владимира Урбановича. Отправной точкой для музыкальных «размышлений» композитора стала картина Михаила Матюшина «Движение в пространстве». Созвучным замыслу художника было использование ритмических возможностей малого барабана: «Преодоление времени – это цель всего сочинения». Начиная с равномерных ударов в музыку постепенно вносится ритмический дисбаланс. Просто поразительно, сколько технических приемов возможно задействовать! Это и стук пальцами по коже барабана, и извлечение стонущего, протяжного звука при помощи фрикционного шарика, и бросание на мембрану стеклянных шариков и палочек, удары палочки о палочку. Ключевой удар по полу завершил пьесу своеобразным «погребением» звуков.

В сочинении «Шаг» для баяна соло из цикла «Ноктюрны» Денис Хоров (II курс, класс проф. Ю. В. Воронцова) также акцентировал внимание на способах звукоизвлечения. В руках Виталия Кондратенко баян то «попискивал» и «повизгивал», то шипел, то завывал. К сожалению, не все «приемы игры» удалось разглядеть: пюпитр с масштабной партитурой практически полностью загородил от публики исполнителя, чередующего «постукивание» по инструменту с «поглаживанием» и беззвучными ударами по кнопкам.

С Тремя фортепианными миниатюрами дебютировал Андрей Килин (I курс, класс проф. Л. Б. Бобылева). Автор сам исполнил свои сочинения, идея которых заключается в движении от атональной первой пьесы к тональной третьей через смешение целотоники и пентатоники во второй. На мой вопрос «почему движение от атональности к тональности, а не наоборот?» композитор заметил: «А зачем усложнять? Нужно идти к простоте, учиться высказывать глубокие мысли простыми средствами».

Анастасия Ведякова (III курс, класс проф. А. А. Коблякова) представила вниманию слушателей Дуэт для виолончели и фортепиано в двух частях, который первоначально был задуман для скрипки с органом. Барочное виолончельное соло в начале I части (с виртуозной партией виолончели успешно справился Максим Золотаренко) сменилось чисто романтическими интонациями после вступления фортепиано. Скерцозная II часть вызвала ассоциации с музыкой С. Прокофьева.

Неоднозначное впечатление на слушателей произвели электронные миниатюры Владимира Шергова (III курс, класс проф. Ю. С. Каспарова), во время аудиоинтерпретации которых в зале был погашен свет. Пьесы созданы с помощью электронной программы Fruty Loops, в ее основе лежит работа с музыкальными семплами. Например, в пьесе «Технические испытания» используются семплы бьющегося стекла, стука в дверь, мяуканья кота, а в миниатюре «Под водой» мы ощущаем переливы, шум волн, вдох человека, утолившего жажду. В «музыкальном триллере» «Потайная комната» отчетливо слышались звуки варгана, гонга, бар чаймса (родственного ветряным колокольчикам). Особо привлекательной показалась «Куриная сонорика», которая действительно позабавила слушателей. Кроме электронных композиций прозвучали и Три пьесы для маримбы: «Фуга-samsung», «Потеря вектора» (о человеке, потерявшем смысл жизни и идущем в никуда) и «Последняя минута» (о состоянии спешащего человека).

Сочинения, завершившие концерт, порадовали своей живописностью и оптимизмом. Светлые красочные миниатюры для меццо-сопрано и квинтета духовых «Детки в клетке» Арсения Есаулкова (I курс, класс проф. Т. А. Чудовой) на стихи из одноименного цикла С. Маршака – «Где обедал воробей», «Пингвин», «Совята», «Слон и туфелька», «Страусенок», «Обезьяна» – взбудоражили воображение слушателя. Они замечательно подойдут в качестве музыки для детских мультфильмов.

Все произведения отражали индивидуальные авторские подходы к форме, техническим приемам, способам звукоизвлечения. Но, что бы композиторы ни придумывали, в каждом опусе чувствуется художественная идея, повышающая ценность сочинения. И это самое главное! Перефразировав философское утверждение Рене Декарта, можно сказать: если молодые авторы мыслят – следовательно, их творчество будет существовать.

Наталья Русанова,
студентка
IV курса ИТФ

Оставить комментарий