Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Символ единства России

№ 3 (128), март 2013

Российский государственный праздник «День народного единства» принес отечественным меломанам поистине роскошный подарок. В этот день в Москве, в Светлановском зале Дома музыки, была представлена весьма раритетная для нашего слушательского сознания первая русская оратория – «Минин и Пожарский, или Освобождение Москвы». Написанная в 1811 году композитором Степаном Дегтяревым для солистов, хора и симфонического оркестра по либретто Николая Горчакова (в трех частях), в наше время она прозвучала впервые именно в том инструментальном составе, для которого и была изначально задумана. Это исполнение включило в состав участников и предусмотренный партитурой роговой оркестр.

Идея и реализация исполнения принадлежат Московскому камерному оркестру «Musica viva» под управлением Александра Рудина. На сей раз художественный руководитель, дирижер и солист этого коллектива занял свое место за дирижерским пультом. В проекте также приняли участие Российский роговой оркестр, уже знакомый нам по весьма памятному исполнению «Реквиема» Козловского в Концертном зале имени Чайковского (художественный руководитель – Сергей Поляничко), а также вокальный ансамбль «Интрада» (художественный руководитель – Екатерина Антоненко). Участники «Интрады» – специалисты по всякому архивному репертуару от Ренессанса до раннеклассической музыки, обладатели изящного, чистого и хирургически точного звука.

В качестве солистов-певцов в партиях «основного квартета» выступили солисты Большого и Мариинского театров: сопрано Венера Гимадиева (Ольга, супруга Пожарского), тенор Максим Пастер (князь Дмитрий Пожарский), австралийский – но, можно сказать, «обрусевший» – тенор Эндрю Гудвин (Кузьма Минин, гражданин нижегородский) и бас Петр Мигунов (Авраамий Палицын, келарь Троице-Сергиева монастыря).

Нынешнее исполнение сопровождалось красивым слайд-шоу на сюжеты  затрагиваемых ораторией событий начала XVII века: научно-исторический основой этих «нарядных картинок» стали редкие материалы эпохи Минина и Пожарского из богатейшей коллекции музейного объединения «Музей Москвы».

Музыка оратории очень эффектная. Возвышенные ансамбли с хором, «генделевские» хоровые фуги, вступление ко второму действию, рисующее сельские утехи князя Пожарского и написанное для ансамбля духовых – в стиле «кассаций» и «серенад» XVIII века, батальная прелюдия к третьему действию, где сначала марш alla Turca, а потом Allegro с пушечными залпами (привет «Победе Веллингтона» Бетховена!). Да, не Моцарт, но сравнения, к примеру, с Михаэлем Гайдном творение Степана Дегтярева – крепостного крестьянина графа Шереметева, учившегося у итальянских светил того времени, выбившегося в первейшие национальные композиторы и в конце концов получившего-таки вольную, – вполне выдерживает. «Г-н Дехтярев своею ораториею доказал, что он может поставить имя свое наряду с первейшими композиторами в Европе» – это слова не кого-нибудь, а самого Гавриила Державина.

Исполнение было на высоте. Что же еще можно было ожидать от такого блестящего исполнительского состава?! Соотношение партий солистов, хора и оркестра было подобрано наилучшим образом. Дух классицизма царил во всем: и в галантных ариях главных героев, и в хоровом пении, подобном то птичьим переливам, то бурным горным потокам. Маэстро Александр Рудин добился безупречно чистого звучания оркестра, мгновенно переносящего слушателей в «прекрасную эпоху» времен Екатерины Великой и Гавриила Романовича Державина.

Написанное два столетия назад, в канун Отечественной войны 1812 года, это произведение стало одним из величайших государственных символов единства России. Исполнение этой оратории в День народного единства, в год 200-летия Отечественной войны 1812 года и 400-летия победы русских в противостоянии польско-шведским захватчикам в 1612-м, придало ей особый нравственно-патриотический смысл.

Уже после победы в Отечественной войне 1812 года и после смерти композитора высочайшим царским повелением оратория Степана Дегтярева была включена в программу торжеств, посвященных открытию 20 февраля 1818 года на Красной площади в Москве памятника Минину и Пожарскому скульптора Ивана Мартоса. Это исполнение состоялась в Благородном собрании силами музыкантов императорского оркестра и всех полков гвардии, московских театральных артистов и хора придворных певчих….

В праздничные дни прошлого года мы получили истинное наслаждение от великой, но несправедливо забытой русской музыки и от ее великолепного исполнения.

Ксения Заморникова,
студентка
IV курса ИТФ

Оставить комментарий