Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Нами руководит гармония

№ 8 (88), ноябрь 2008

РамоОсенью этого года французский музыкальный мир праздновал знаменательную дату – 325 лет со дня рождения композитора и теоретика музыки Жана-Филиппа Рамо. Это событие без преувеличения можно отнести к разряду значимых не только для Франции, но и для всей европейской музыкальной культуры.
Жан-Филипп Рамо – один из редких примеров сочетания выдающихся дарований композитора и, одновременно, музыкального ученого. Если музыку Рамо мы еще можем слышать, то о второй области его деятельности в нашем Отечестве известно очень мало. Однако его научные достижения можно назвать базовой основой современной науки о гармонии и результаты Рамо-ученого не утратили своей актуальности и по сей день. Более того, в педагогическую практику прочно вошли его открытия, ныне кажущиеся извечными, такие, как обращение аккордов, как осознание функциональных взаимосвязей аккордов мажорно-минорной системы, доныне не исчерпавших своих возможностей. Зарубежное теоретическое музыкознание уже давно признало огромные заслуги Рамо как основоположника нового европейского учения о гармонии и тональности.

Достижения трудов Рамо, как истинного сына века Разума и Просвещения, возвысились над схоластическими представлениями европейцев о ладотональном и гомофонно-гармоническом мышлении. За отправной пункт своих исследований ученый принял акустический феномен – обертоновый звукоряд. Явление, исследованное еще на заре XVIII века французским математиком и акустиком Совёром. Эта идея навсегда захватила научное воображение Рамо, и под ее влиянием он стал строить свою музыкально-теоретическую систему, доведя ее до своеобразной мировоззренческой.
Продвигаясь в таком направлении, Рамо по-особому утвердил преобладание гармонии над мелодией. На страницах своего «Трактата о гармонии» он пишет: «На первый взгляд, кажется, будто гармония происходит из мелодии, поскольку мелодия, производимая каждым из голосов, при их соединении становится гармонией; но для того, чтобы они могли согласоваться между собой, надо заранее определить путь каждого голоса. <…> Следовательно, нами руководит гармония, а не мелодия». Казалось бы, Рамо проповедовал тем самым чисто рационалистический метод композиции: только овладев законами гармонии можно приступать к сочинению мелодии. Однако на другой странице того же трактата можно прочитать нечто противоречащее: «Мелодия обладает не меньшей экспрессивной силой, чем гармония; но почти невозможно дать в применении к ней определенные правила, поскольку хороший вкус значит для нее более всего прочего».
Такая позиция Рамо-ученого пришлась не по вкусу его современнику – философу, музыканту и литератору Жану-Жаку Руссо. Выступая, как воинствующий противник Рамо, Руссо страстно ратовал за безусловный – и генетический, и эстетический – примат мелодии перед гармонией, и здесь он находил поддержку в среде энциклопедистов. Это противостояние стало причиной ожесточенной и долгой дискуссии между ними. Так сразились между собой не только два очень разных мыслителя, но и два сложно соизмеримых художника: с одной стороны, литератор-философ Руссо как композитор и музыкальный теоретик, с другой – музыкальный теоретик Рамо как философ-эстетик.
Полемика Руссо – Рамо, как антитеза мелодия – гармония, может стать предметом специального увлекательнейшего исследования. А разрешить извечный вопрос, кто прав, а кто виноват – под силу, пожалуй, только времени.

Александр Баранов,
студент IV курса ИТФ

Оставить комментарий