Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Британский лев в вавилонском сюжете

№ 2 (154), февраль 2016

5 декабря в театре «Геликон-опера» был показан спектакль «Пирам и Фисба, или роковая любовь». В афише значилось весьма интригующее дополнение к названию: «издевательская опера с прологом и эпилогом, чаем по-английски и английским юмором…». В зале тоже было необычно: оркестр располагался на сцене и был спрятан в лесных декорациях, а в левом углу стоял небольшой столик, явно накрытый для прихода гостей, и два стула. Зрители не понимали, для чего эти вещи, и шушукались, предполагая различные варианты. Сцена была покрыта зеленым ковром, изображавшим, вероятно, лужайку и оборудована какими-то странными приспособлениями. Вокруг нее располагались зрительские места. Вечер обещал быть интересным…

Английская опера – весьма необычное явление. Вспоминая о ней, в лучшем случае, называют только одно имя – Генри Перселл (1659–1695). Он считается создателем английской национальной оперы, однако последователей на этом поприще у него не было долгие годы (вплоть до XX века). Поэтому я был удивлен, узнав, что автор музыки – малоизвестный английский композитор Джон Фредерик Лэмп (1703-1751).

«Пирам и Фисба» – его последняя опера. Основой сюжета послужила одноименная интермедия из комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь», адаптированная для оперной сцены. Шекспир, в свою очередь, опирался на историю вавилонской пары, напоминающую судьбу Ромео и Джульетты. Двое возлюбленных, Пирам и Фисба, которым волей родителей запрещено встречаться, тайно общаются через щель в стене, разделяющей их дома. Однажды они договариваются встретиться за стенами города, чтобы совершить побег. Первой приходит Фисба и видит разъяренную львицу с мордой, испачканной в крови. Она убегает, обронив платок, который хватает хищница. Пришедший следом Пирам видит окровавленный платок возлюбленной и закалывает себя мечом. Вернувшись на место встречи, Фисба находит умирающего Пирама и бросается на его меч.

Столь драматичный сюжет предстает в виде комедии. Возникает пролог, в котором режиссером-постановщиком (Александр Бородовский) вводится ряд дополнительных, типично английских персонажей. Среди них мистер Семибриф (Александр Бородовский) – директор театра, ожидающий важных гостей и играющий в крикет со своими коллегами (вот для чего нужны «странные приспособления»!). В течение всего спектакля он помогает актерам, усмиряет их, расставляет по местам. А также Джентльмен (Андрей Вылегжанин) и Леди (Анатолий Пономарев), которые приехали посмотреть спектакль, в течение вечера комментируют происходящее, распивая английский чай (сидя на тех самых стульях в углу сцены!). Причем роль Леди исполняет именно мужчина, создавая дополнительный комический эффект.

Все персонажи из пролога только говорят, а не поют. В связи с этим возникает интересный языковый контраст: музыкальные номера оперы звучат на английском, а разговоры происходят на русском, что помогает восприятию сюжета. Кроме того, в постановку вплетен тонкий английский юмор на русском языке. А завершает все небольшой музыкальный эпилог с участием всех героев. В результате получается очень необычный сплав оперы и драматического действа, напоминающий традицию спектакля в спектакле.

Актерская игра была на высоте, постоянно шла работа с публикой. Например, в прологе Леди пыталась научить зрителей правильному произнесению названия оперы по-английски (но ее попытки были тщетны!). А слегка надменный Пирам (Василий Ефимов) постоянно «выпрашивал» аплодисменты, бодро шагая по краю сцены и хлопая самому себе, показывая «как нужно». Кроме того, его намеренно утрированное рыдание (что происходило неоднократно) вызывало неподдельный смех. Фисба (Марина Андреева) с публикой не работала и в целом уступала по мастерству другим актерам. Самым веселым персонажем оказался Лев (Михаил Давыдов), который то пугал зрителей, то гладил по голове, а в эпилоге вообще танцевал, размахивая британским флагом.

Отдельно следует сказать об игре Михаила Серышева, который блистательно исполнил сразу три роли. Одна из самых странных – Стена! Да-да, именно Стена, которая была активным участником действия, сочувствовала героям, утешала их (жестами), вмешивалась в их взаимоотношения. Другая его роль – Луна. Она всячески переживает за судьбы героев, а когда Пирам находит окровавленную часть одежды Фисбы, выплясывает на заднем плане с удочкой (актер имитирует игру на электрогитаре – сказалось его рокерское прошлое, которое весьма иронично обыграно).

Костюмы вызвали неподдельный восторг, за что нужно выразить отдельную благодарность художникам-постановщикам Игорю Нежному и Татьяне Тулубьевой. Если все герои из пролога носили строгие темные костюмы, то персонажи «драмы» поражали публику пестротой театральных нарядов. Пирам и Фисба были одеты в костюмы золотого цвета, которые смотрелись хотя и вычурно, но в целом отвечали стилистике эпохи.

Больше всего поразил костюм Стены: огромное прямоугольное полотно, в которое был помещен актер. Казалось, что он залез в большой клетчатый матрац – при его первом появлении в зале раздался грохот смеха. Более того, в стене имелось отверстие, то самое, через которое общались Пирам и Фисба. Весьма забавно смотрелся и костюм Льва: огромная квадратная голова и перчатки-лапы, которые он так и норовил снять. Луна был одет в черную мантию и черную маску, с палкой-удочкой. На ней держался лунный месяц с фонариком в виде свечи. Сам актер в рамках спектакля пояснил, что изображает человека, который виднеется в лунном круге.

Меньше всего, как ни странно, запомнилась музыка, выдержанная в рамках стилистики барочных опер. Подлинно английский дух ей придали музыкальные руководители – Екатерина Вашерук, которая играла на клавесине и дирижировала оркестром, и Джулиан Галлант, приглашенный из Великобритании.

Игра актеров явно перекрывала музыкальную составляющую. Хотя, безусловно, были весьма интересные находки. Например, ария Льва помимо обычных слов содержит «рык» (прописано в клавире), которым тот тщетно пытался испугать зрителей, вызывая смех. Запомнилась сцена гибели Пирама, в которой герой никак не мог умереть: он напевал «Idie, Idie», закрывал глаза, затем внезапно вскакивал и вновь повторял те же слова. А партия Фисбы отличалась сложностью фиоритур. Однако все же музыка была второплановой: недаром это именно «издевательская опера»!

В целом постановка вызвала бурю положительных эмоций. За весьма непродолжительное время (час с небольшим) зрители стали участниками полноценного комического спектакля. Он ни на секунду не вызвал чувства скуки, все были заворожены и наслаждались происходящим на сцене. После окончания никто не побежал стремглав в гардероб: все шли медленно, обсуждая увиденное чудо. И даже «нелюбителям» оперы можно посоветовать: сходите на «Пирама и Фисбу» в Геликон!

Артем Семенов,
IV курс ИТФ
Фото О. Начинкина

Оставить комментарий