Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Островок в море

№ 1 (23), январь 2001

Отзвучали концерты «Московской осени» — фестиваля современной музыки, вписавшего в музыкальную летопись столицы новые страницы. Среди океана премьер, открытия новых имен. разбушевавшихся музыкальных страстей, нахлынувших идей вдруг оказался чудный островок «старого» искусства, не вписывающегося в традиции профессионализма и мало кем слышимого. То был этнографический концерт, состоявшийся 22 ноября в Большом зале Дома композиторов. Публике были представлены два народных коллектива Ставрополья и Тамбовской области, привезших с собою частицу незнакомой нам музыкальной культуры русского религиозного сектанства.

Духоборцы, а затем молокане (о них идет речь) обособились от православной церкви приблизительно во второй половине XVIII столетия, выступив со своим вероучением против традиционного богослужения и полностью отказавшись от духовенства, иконопочитания и комплекса таинств. Духоборцы не признавали также Священного писания, противопоставляя текстам Библии свои псалмы. Особенность духовной культуры обеих сект состоит в ее почти сплошной музыкальности. Большинство псалмов поется общиной, а присутствующее в богослужении чтение интонируется настолько протяжно и выразительно, что вызывает ассоциации с особого рода экмелической мелодикой. Всем этим можно было насладиться и на концерте.

Структура вечера отличалась от давно негласно принятого на этнографических концертах чередования протяжных и «частых» песен, когда серьезная, эмоционально насыщенная лирика или притягательная, полная магических подтекстов обрядовая песенность прослаиваются исключительными по открытости, темпераментности, динамичности песнями с движением. Здесь все было иначе. Основу программы составили духовные псалмы, смысл и назначение которых подробно комментировались доктором искусствоведения Серафимой Евгеньевной Никитиной. Для публики и выступающих в концерте не было привычной связи через систему «аплодисментного общения». По заранее обговоренному плану аплодировать разрешалось лишь в конце отделений, каждое из которых длилось более часа! Обратили на себя внимание некая замкнутость сценического пространства и, в связи с этим, нарушенный эмоциональный контакт с залом. То, что происходило на сцене, носило характер сакрального действа, к которому сидящие в зале приобщались, как бы заглядывая сквозь окно в закрытую комнату. Канал общения открылся лишь раз в конце первого отделения, когда одна из участниц духоборческого коллектива, обратясь к залу, сказала: «Ну, если вы не торопитесь, мы споем «Я встретил розу». Зал разразился аплодисментами, почувствовав теплоту тона и, попутно, смену музыкального жанра.

Однако, несмотря на необычность, концерт воспринялся легко, благодаря мастерству исполнителей и необыкновенно интересному, редчайшему музыкальному материалу. Особенно впечатлило певческое искусство молокан. То, что исполнял коллектив, до сих пор хранится в актуальной устной традиции и, как и в прошлом, обладает яркими индивидуальными свойствами. Прежде всего — это богатое многоголосие с четкой выраженностью функций голосов и характерное, чрезвычайно долгое распевание духовного текста в строфе с целью скрыть от сторонних слушателей его смысл.

Исполненные псалмы, представляя собой совершенно особую форму пения, несли в себе и необыкновенно тихую, благодатную внутреннюю наполненность. Чувствовалась атмосфера глубокой смиренной сосредоточенности, которая заставила вновь задуматься над вечными вопросами о Божественном и человеческом, нетленном и суетном…

Екатерина Некрасова,
студентка III курса

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий