Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Крупным планом

№ 7 (114), октябрь 2011

Прохладным осенним вечером 2 октября в театре «Новая опера» шла опера Леонкавалло «Паяцы». Зал был переполнен. Причина ажиотажа заключалась не только в популярности этой оперы во всем мире уже на протяжении более ста лет, но и в выступлении в главной роли знаменитого русского тенора Владислава Пьявко.

Приходя в «Новую оперу», традиционных трактовок ожидать не приходится – в этом театре режиссеры всегда поражают неожиданностью решений, зачастую идущих вразрез с оригиналом. Но не в этот раз! Подход финского режиссера Кари Хейсканена нисколько не исказил смысл веристской оперы. Вот как он сам описал свой замысел: «…Что касается концепции… я решил ввести в спектакль съемочную группу… Для меня кино и телевидение – неотъемлемый и очень важный элемент современной жизни… телевизионная камера для меня – это воплощение современного дня. Текст не претерпел ни малейших изменений. Все, как 110 лет назад. Мы убрали только исторический аспект, изменили место и время. Получается, что все основные изменения касаются формы, а не содержания».

Скромные декорации сцены представляли собой обычную рабочую обстановку киностудии. Так, в первом акте на сцене присутствовали только беспорядочная куча складных стульев, низко опущенный ряд прожекторов и деревянный каркас лестницы с колоннами на заднем плане. Более яркими и подвижными декорации были во втором акте: передвижные макеты кафе и спальни красочно-едких тонов, то опускающийся, то поднимающийся ряд прожекторов. Они дополняли суетливый процесс киносъемки.

Новые амплуа получили и главные герои. По замыслу режиссера уличный актер Канио превратился во владельца провинциальной киностудии, знаменитость и суперзвезду мыльных опер. Он, как и другие исполнители, был одет в современные одежды. Но ни костюмы, ни декорации долгое время не давали зрителям ясного представления – где и когда происходит действие. И лишь во втором акте появившийся оператор с камерой в руках расставил все по местам. Это поистине ценная находка режиссера: прямая видеотрансляция разворачивающегося на сцене съемочного действа с проекцией крупным планом на большой экран в левом углу сцены вкупе с музыкой ввергла публику в океан эмоций!

Актеры пели просто хорошо, и вначале ничего не предвещало каких-либо чудес, столь ожидаемых каждым во время оперного спектакля. Недда в исполнении заслуженной артистки России сопрано Эльвиры Хохловой получилась очень реалистичной – актриска популярного спектакля, не задумывающаяся глубоко о проблемах в жизни и легкомысленно предающаяся своим увлечениям. Ее голос весьма соответствовал образу – без яркого тембра, легкий, мягко-блеклый в низах и звенящий в кульминациях. Певица прекрасно воплотила разнообразие притворных настроений героини: в сценах со своим мужем – равнодушная и ироничная, с калекой Тонио – надменная… Кульминацией в развитии образа стал ее дуэт с возлюбленным Сильвио. Режиссер отразил низость чувств любовников, поставив их на колени – весь дуэт они ползали по полу подобно животным.

В том же ключе был решен и образ Тонио в исполнении баритона Анджея Белецкого. Грубая уличная косуха и бандана сделали и без того подлый персонаж еще более неприятным публике.

Совершенно иным предстал главный герой – Канио в исполнении Владислава Пьявко. Это был дебют певца в данной роли, причем, несмотря на то что в феврале этого года он отпраздновал 70-летний юбилей, его голос звучал необычайно молодо и свежо. И хотя, кланяясь в конце, Пьявко признался публике, что «налажал в шести местах» (имея в виду речитативные эпизоды, где актерство взяло верх над вокалом), после каждой арии зал дрожал от аплодисментов. Усиленная крупным планом игра солиста всех просто заворожила – настолько все казалось правдоподобным.

Об этой роли Пьявко написал: «Моя творческая жизнь сложилась так, что именно эту партию полностью мне пока не довелось исполнить, хотя знаменитое ариозо и арию Канио я исполнял в концертах неоднократно.  Юбилей – это, конечно, время подведения итогов, но также хороший повод сделать что-то новое». Прощаясь со зрителями, певец выразил надежду выйти на сцену в этой роли еще раз. Но по уставшему лицу и тяжелой походке было ясно, скольких сил ему это стоило.

Хор был великолепен, его стройное и эмоциональное звучание, сопряженное с актерской игрой, явно динамизировало действие. Не уступал хору и оркестр. Под управлением дирижера Валерия Крицкова он звучал слаженно, профессионально, духовики не удивляли слушателей своей традиционной «импровизацией», а оркестровые soli были ярки и индивидуальны (особенно искристое соло трубы Анатолия Семкина). При этом певцы и оркестр, образуя прекрасный ансамбль, не подавляли друг друга.

Спектакль удался, и думается, что он сохранится в репертуаре театра надолго. После многократных поклонов артистов и длительных аплодисментов благодарная публика расходилась по домам полная воодушевления.

Елена Ковалева,
студентка IV курса ИТФ

Оставить комментарий