Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Свежее дыхание старины

Свежее дыхание старины
Перселл, Вивальди, Гайдн, Моцарт… Какое гигантское расстояние разделяет нас! Однако можно взглянуть на это и иначе. За бессмертными именами стоят не столько сами люди, сколько их великие сочинения, которые служат машиной времени абсолютно в любую эпоху.
Управление сложным механизмом осуществляют исполнители. Так, музыканты-аутентисты обозначили одной из основных своих задач наиболее точное воспроизведение музыки прошлого, воссоздание ее утраченного звучания. Но не всегда восстановленная «физически» старинная музыка начинает жить новой жизнью – зачастую она становится похожей на музейный экспонат: да, мы достоверно видим, что это и как это было устроено, но для нашего восприятия это было тогда, а не есть сейчас. Возродить барочную музыку, вдохнуть в «старину» свежее дыхание смогла немецкая певица Симона Кермес.

КермесСимона Кермес – удивительно разносторонняя в сфере музыкальных предпочтений личность. Ее интересы ни в коей мере не ограничиваются какой-либо одной эпохой. В своем интервью (после концертного исполнения «Дон-Жуана» Моцарта в Москве) певица даже акцентировала внимание на том, что Моцарт, а также барочные композиторы не являются центром ее творчества, что она любит и Малера, и Шостаковича, и Стравинского, и Гуго Вольфа – и барокко, и классицизм, и романтизм, и современность…
Симона родилась в ГДР, пению обучалась в Лейпциге, и уже в 1993 году она завоевала первое место на Международном конкурсе имени Мендельсона-Бартольди в Берлине, а в 1996 году стала обладательницей II премии на конкурсе имени Баха в Лейпциге. Певица работала с такими талантливыми музыкантами, как Курт Мазур, Элан Кертис, Риккардо Шайи, Рафаэль Фрюбек де Бургос, Томас Хенгельброк, Райнхард Гебель, Андреа Маркон и Пол Гудвин.
Главная «изюминка» одной из ведущих мировых сопрано заключается в ее манере исполнения. Симона Кермес умеет почувствовать и передать тот «драйв» (по ее выражению), который есть не только в современном роке, но и в сочинениях… Вивальди, Генделя. Оказывается, под напудренными париками, с такой усердной точностью, если не сказать дотошностью, воссоздаваемыми аутентистами, скрываются «живые» локоны! А за каждым внешним эффектом – внутренняя энергия, внутренний импульс. Поразительно, как органично Симона преодолевает непреодолимые временные дистанции между ХХI веком и прошлыми столетиями, как сочетает несочетаемые с первого взгляда строгость высокого стиля и мощный заряд неакадемического искусства. По словам самой певицы, для домашнего времяпрепровождения она предпочитает отнюдь не оперу и вообще не классическую музыку, а… Rammstein, Бьорк: «В этой музыке все – сплошной ритм, сплошная энергетика, но ведь и у Вивальди, например, вы тоже найдете точно такой же нерв».
Конечно, гениальное творение постоит само за себя, но все-таки очень важно и то, как его интерпретирует исполнитель: Симона Кермес наполняет любую музыку своей необыкновенной по силе энергией, активностью и духом современности.

Галина Можарова,
студентка III курса ИТФ

Оставить комментарий