Российский музыкант  |  Трибуна молодого журналиста

Сказ о том, как царь Петр Европу покорил

№ 9 (80), декабрь 2007

Ш. Торбе в роли Бориса Годунова

Ш. Торбе в роли Бориса Годунова

В начале ноября на сцене театра Новая опера впервые в России была представлена барочная опера. Постановка оперы Иоганна Маттезона «Борис Годунов, или Хитроумием приобретенный трон» (1710) явилась кульминационным событием в десятилетней работе Фонда возрождения старинной музыки.

Сочинение Маттезона — первая в истории опера на русский сюжет. Появилась она более чем за полтора века до создания шедевра Мусоргского, однако вплоть до наших дней света рампы так и не увидела. Долгое время партитура пылилась в архивах, сначала немецких, а после Второй мировой — в ереванском архиве, откуда и была возвращена в Германию в 1998 году.

Интерес Маттезона к сюжету из русской истории возник вовсе не на пустом месте. После победы Петра I в Полтавской битве (1709) Россия в восприятии европейцев на какое-то время стала сверхдержавой, привлекая необычайное внимание. Маттезон, служивший секретарем английского посла в Гамбурге, был в курсе самых тонких политических изменений. А изменения эти были таковы, что Гамбург находился на грани завоевания Данией. До битвы под Полтавой Северная Европа была под властью Швеции, что гарантировало некую политическая стабильность. Но с победой Петра I все перевернулось с ног на голову. И вот уже Дания подступает к границам Гамбурга, а Швеция не в состоянии помочь немецкому соседу. Можно представить, какие мысли одолевали гамбуржцев, а в их числе и автора «Бориса Годунова». Эти непростые политические коллизии и обратили немецкого композитора к русскому сюжету.

Либретто «Бориса Годунова» Маттезон написал сам. По замыслу автора, опера идет на немецком языке, но некоторые арии — на итальянском. Сюжет рассказывает о восхождении на царский престол Бориса Годунова. Мы, привычные к трактовке Пушкина и Мусоргского, ждем встречи с особым персонажем, как минимум мучимым угрызениями совести. Однако у Маттезона ничего такого и в помине нет. Борис по Маттезону — персонаж определенно положительный, обрисованный в светлых красках. Более того, сама интрига по восшествию на престол, заявленная в названии, совсем не главное в произведении. Главное же, как оно чаще всего и бывает в опере, — любовные коллизии. Маттезон выводит на сцену аж три любовных пары со своими проблемами — интригами, расставаниями, обменами возлюбленными, разобраться в которых очень и очень непросто! Двойственность оперы, связанная с немецким и итальянским языками, распространяется и на драматургию: любовное лирическое начало органично сочетается с комическими сценами. Действие оживляет фигура Богдана — эдакого буффонного тенора.

Музыкальные достоинства сочинения не равнозначны. Опера представляет собой чередование речитативных сцен, большого количества арий и ансамблей. Наиболее яркими показались комические сцены с участием Богдана, отдельные арии из III действия и прекрасный заключительный хор в жанре чаконы. Оркестр — традиционный для барочной оперы. Важной составляющей такого оркестра в эпоху барокко было присутствие двух (!) клавесинов, что и было сохранено в нынешней постановке.

Сценическое оформление спектакля буквально радовало глаз: эффектные костюмы, в коих русские мотивы — меха, кокошники — неожиданно сочетались с причудливыми многоэтажными конструкциями из шлемов и перьев. При этом сами декорации были выдержаны в минималистском духе: черный бархатный фон, контрастирующие с ним красные тумбы, служащие стулом, столом, постаментом… Непременный атрибут барочной оперы — балетные сцены. Постановка «Бориса Годунова» сопровождалась едва ли не первым на русской сцене воссозданием барочного балета Анджолини, исполненного силами отечественных танцоров.

Музыкальная составляющая спектакля оказалась весьма достойной. Команда певцов (Ш. Торбе — Борис Годунов, Т. Боуз — боярин Федор, А. Херрманн — Ирина, М. Селезнева — Ольга, А. Бордак — Богдан и другие прекрасные исполнители) демонстрировала не только прекрасное владение виртуозными партиями, но и вносила в спектакль долю динамизма. Не вспоминается ни одной статичной мизансцены — певцы постоянно двигались, а, когда они бывали заняты распеванием колоратур, динамичную роль перенимали танцовщики. Забавно было наблюдать «танцевальный сурдоперевод» буквально за спиной певца, исполняющего какую-нибудь серьезную арию.

Многонациональность этой оперы проявилась на разных уровнях. Чего стоит сам факт, что немецкий композитор обращается к русскому сюжету, прибегая то к немецкому, то к итальянскому языкам. Не менее многонационален состав исполнителей и постановщиков: певцов собрали буквально со всего мира (Россия, Германия, Франция), а сопровождал спектакль петербургский «Оркестр Екатерины Великой» под руководством А. Решетина, усиленный сторонними музыкантами. Вся сценическая часть (режиссер и хореограф К. Абромайт, художник по костюмам Ш. Дитрих) была выполнена приглашенными из Германии постановщиками. Значительную помощь в подготовке спектакля оказали музыковеды И. Пауш — исследователь творчества Маттезона — и В. Карцовник, выполнивший, в числе прочего, отменный перевод текста оперы с немецкого и итальянского языков, предложенный слушателям в прекрасно изданном буклете.

Почин Фонда возрождения старинной музыки будет продолжен петербургским Михайловским театром, где «Борис Годунов» Маттезона войдет в постоянный репертуар. Остается надеется, что и московская публика вскоре станет свидетелем возрождения какой-нибудь забытой, но не менее достойной барочной оперы…

Софья Гандилян,
студентка IV курса

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий